Мазилов В.А. (Ярославль) - Вестник интегративной психологии

Мазилов В.А. (Ярославль)

^ О РАЗРАБОТКЕ ТЕОРИИ МЕТОДОЛОГИИ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ НАУКИ

(Работа выполнена при поддержке РФФИ, грант 09-06-00412-а)

В по­след­ние го­ды на­блю­да­ет­ся яв­ное ожив­ле­ние ин­те­ре­са к ме­то­до­ло­ги­че­ским во­про­сам пси­хо­ло­ги­че­ской нау­ки и прак­ти­ки. Вы­хо­дят мно­го­чис­лен­ные на­уч­ные пуб­ли­ка­ции, по­свя­щен­ные ана­ли­зу ме­то­до­ло­ги­че­ских про­блем пси­хо­ло­гии, из­да­ют­ся учеб­ные по­со­бия по ме­то­до­ло­ги­че­ской про­бле­ма­ти­ке. Нельзя не отметить вышедшие в последние годы работы, получившие широкую известность. В эти годы появились работы А.В. Юревича (2005), интересные методологические исследования В.М. Аллахвердова (2000, 2003), учебное пособие Т.В.Корниловой и С.Д.Смирнова (2006), методологические работы Ф.Е.Василюка (2003), И.Н.Карицкого (2002) и др. В работах А.Ю. Агафонова, В.А.Барабанщикова, Ф.Е.Василюка, И.П.Волкова, И.Е.Гарбера, А.Н.Гусева, М.С.Гусельцевой, А.Л.Журавлева, В.П.Зинченко, Ю.П.Зинченко, В.В.Знакова, И.Н.Карицкого, А.В.Карпова, В.А.Кольцовой, Т.В.Корниловой, Д.А.Леонтьева, С.В.Маланова, Б.Г.Мещерякова, И.А.Мироненко, П.Я. Мясоеда, В.Ф.Петренко, В.А.Петровского, Е.Е.Соколовой, С.Д.Смирнова, Е.Б.Старовойтенко, Д.В.Ушакова, Н.И.Чуприковой, В.Д.Шадрикова, А.В.Юревича и др. нашли решение многие важные методологические проблемы психологии, связанные с изучением психического. Важные вопросы методологии психологии обсуждаются в работах И.В.Вачкова, А.О.Прохорова, Е.В.Левченко, А.А.Пископпеля, В.А.Янчука, А.Г.Лидерса и др. В самое последнее время опубликовано весьма значительное число работ, посвященных методологии психологии, высказано много продуктивных идей (см. например, «Труды Ярославского методологического семинара», Т. 1, Т. 2, Т. 3. Ярославль, 2003–2005, где опубликованы работы, рассматривающие наиболее актуальные вопросы методологии психологической науки и практики).

В настоящее время методология психологии представляет собой интенсивно и динамично развивающуюся область психологического знания. В по­след­ние го­ды на стра­ни­цах ве­ду­щих пси­хо­ло­ги­че­ских жур­на­лов раз­вер­ну­лись дис­кус­сии, по­свя­щен­ные об­су­ж­де­нию во­про­сов ме­то­до­ло­гии пси­хо­ло­гии (см. «Пси­хо­ло­ги­че­ский жур­нал», «Во­про­сы пси­хо­ло­гии», «Пси­хо­ло­гия. Жур­нал Выс­шей шко­лы эко­но­ми­ки», «Ме­то­до­ло­гия и ис­то­рия пси­хо­ло­гии» и др. К сожалению, ограниченный объем настоящей статьи не позволяет остановиться в настоящей статье на анализе в высшей степени интересных методологических дискуссий, происходящих в современной отечественной психологии в последние годы). Обилие публикаций на методологические темы не мо­жет не ра­до­вать, т.к. уве­ли­че­ние ин­те­ре­са к ме­то­до­ло­гии обыч­но бы­ва­ет свя­за­но (как сви­де­тель­ст­ву­ет ис­то­рия пси­хо­ло­гии) с по­яв­ле­ни­ем но­вых тео­ре­ти­че­ских под­хо­дов и су­ще­ст­вен­ным про­дви­же­ни­ем в раз­ра­бот­ке пред­мет­но­го по­ля пси­хо­ло­гии. Вме­сте с тем нель­зя не от­ме­тить, что ин­тен­сив­ные ме­то­до­ло­ги­че­ские по­ис­ки по­ка не при­ве­ли к соз­да­нию кон­цеп­ции ме­то­до­ло­гии, которая разделялась бы большинством психологов.

Более того, существует достаточное число принципиально отличающихся методологических установок. А.В.Юревич отмечает, что в системе интегративных установок современной психологии можно различить несколько различающихся между собой позиций. По мнению С.Д.Смирнова (Смирнов, 2004, с.280-281), могут быть выделены четыре позиции:

Методологический нигилизм.

"Методологический ригоризм" или "методологический монизм".

"Методологический либерализм".

«Методологический плюрализм».

А.В.Юревич, сформулировавший позицию методологического либерализма, интерпретирует различия между методологическим либерализмом и методологическим плюрализмом следующим образом: «Четвертую позицию С.Д. Смирнов называет «методологическим плюрализмом», отмечая, что сам он разделяет именно ее. Она состоит в том, что психологическим теориям следует признать друг друга (подобно «методологическому либерализму»), но (в отличие от него) не следует стремиться к «наведению мостов» между ними, оставив психологию в ее нынешнем раздробленном состоянии и признав ее «полипарадигмальность» в качестве неизбежной» (Юревич, 2005, с.380).

Позиция методологического либерализма представляется более конструктивной, т.к., по нашему мнению, интеграция психологического знания представляет собой одну из важнейших стратегических задач, стоящих перед психологической наукой в начале XXI столетия.

Представляется важным подчеркнуть, что методология имеет кон­крет­но-ис­то­ри­че­ский ха­рак­тер. М.С. Роговин и Г.В. Залевский выделяют три вида психологического знания. Первый вид – знание о психических процессах и индивидуальных особенностях, которое есть "предметное знание". Второй вид – знание о самом процессе психологического исследования, о том, как получается, фиксируется и совершенствуется предметное знание о психике – "знание методологическое". Третий вид знания - "знание историческое", в котором отражается закономерная последовательность развития первых двух видов знания и которое помогает нам понять общее состояние психологии на каждый конкретный период времени, при каждом хронологическом срезе (Роговин, Залевский, 1988, c. 8). Подчеркнем, что методологическое знание находится в процессе постоянного развития.

Методология психологической науки пока еще не является устоявшейся, сформировавшейся теорией. Напротив, методология психологии представляет собой совокупность идей, понятий, принципов, схем, моделей, концепций и т. д., и в каждый момент времени на первый план выходят те или иные ее аспекты. И если перед психологией встают новые задачи, то и методология должна осуществлять соответствующую проработку, создавая новые методологические модели. Иными словами, методология психологии имеет конкретно-исторический характер.

Традиционный подход определяет методологию как систему «принципов и способов организации и построения теоретической и практической деятельности, а также учение об этой системе» (Спиркин, Юдин, Ярошевский, 1989, С. 359). Это же определение воспроизводится в ряде современных психологических словарей применительно к методологии психологии. В целом это определение не вызывает возражений, необходимы лишь некоторые уточнения. На этом вопросе мы остановимся ниже.

Из этого определения, в частности, следует, что:

возможна методология (система принципов и методов построения) практической психологии;

возможна методология (система принципов и методов построения) научной психологии;

возможна методология как концепция, учение о методологии.

Отметим, что в данном определении акцентируется познавательная функция методологии. Ниже мы остановимся на том, что возможно построение коммуникативной методологии, выполняющей важную функцию соотнесения различных подходов и концепций.

Приступая к циклу методологических исследований и намечая контуры новой методологии психологической науки, мы отмечали (Mazilov, 1997), что, вероятно, она должна складываться из следующих составляющих, соответствующих трем основным группам задач, стоящих перед этой областью знания:

Когнитивной (познавательной) методологии, описывающей принципы и стратегии исследования психического.

Коммуникативной методологии, обеспечивающей соотнесение различных психологических концепций и реальное взаимодействие различных направлений и школ в психологии.

Методологии психологической практики (практико-ориентированной психологии).

На наш взгляд, сейчас наиболее актуальна разработка общей теории методологии (учения «о системе принципов и способов организации и построения теоретической деятельности», согласно вышеприведенному определению). Общая теория методологии должна разрабатываться в первую очередь как когнитивная методология. Таким образом, ставится задача разработки общей (интегративной) теории когнитивной методологии.

Принципиальный вопрос, который необходимо решить, приступая к построению концепции методологии, это вопрос о том, что необходимо взять за основу. Выше мы уже упоминали, что многим авторам такая задача представляется невыполнимой.

По нашему мнению, она выполнима, если в качестве основы выступит схема психологического исследования. В самом общем виде она может быть представлена в следующем виде. Схема включает в себя следующие структурные компоненты: проблема, предмет психологии, опредмеченная проблема, предтеория (в структуру которой входят базовая категория, идея метода, моделирующие представления, организующая схема), метод (включающий три уровня: идеологический, предметный и процедурный), эмпирический материал, объяснение (включающее объяснительную категорию, собственно объяснение, предполагающее уровневую структуру), теория как результат исследования. Подчеркнем, что данная схема является замкнутой, т.е. теория является основанием для постановки новой проблемы.

На этой методологической основе нами была разработана схема соотношения теории и метода в психологии (см., например, Мазилов, 2007). Как показала проверка, данная схема является структурным инвариантом, т.е. характерна для любого психологического исследования.

Мы полагаем, что:

разработка общей методологии возможна, т.к. существует универсальная модель, позволяющая свести в «общем исследовательском пространстве» важнейшие методологические категории;

использование интегративной когнитивной модели позволяет учесть наработки ведущих отечественных и зарубежных методологов, что позволяет сделать разработанная ранее соотносительная модель (Мазилов, 2001).

Итак, под интегративной когнитивной методологией понимается общая методология психологии как непротиворечивая концепция, трактующая проблемы предмета, метода, объяснения, факта, теории в их взаимосвязи. Вне учета подобной взаимосвязи не может быть достигнуто существенное дальнейшее продвижение в разработке этих (и многих других) важнейших методологических вопросов современной психологии. Очевидно, что целостная когнитивная методология психологии должна, как минимум, удовлетворять следующим требованиям: 1) должна быть достаточно широкой, т. е., как минимум, включать в себя основные названные компоненты методологии (предмет, метод, теория, объяснение и др.); 2) должна иметь достаточно универсальный характер в том смысле, что должна быть приложима к широкому кругу психологических концепций.
Как нам представляется, в качестве такого основания может быть предложена модель соотношения теории и метода в психологии.

Представляется, что общая стратегия построения концепции когнитивной методологии может выглядеть следующим образом:

Корректировка и уточнение общей схемы соотношения теории и метода как основы для разработки общей концепции когнитивной методологии.

Разработка (исходя из общей схемы соотношения теории и метода) формальной схемы частных методологических концепций.

Разработка частных (содержательных) методологических концепций: а) предмета; b) предтеории; c) метода; d) психологического факта; e) психологической теории; f) объяснения.

Композиция частных методологических концепций и их интеграция в общую концепцию когнитивной методологии.

Оформление общей когнитивной методологии как концепции, ее проверка.


К настоящему времени такая работа начата, завершены первый и второй этапы (основные результаты представлены в монографии (Мазилов, 2007).

На очереди важнейший третий этап: наполнение общих (формальных) схем конкретным содержанием, разработка содержательных концепций предмета, предтеории, метода, психологического факта, психологической теории, объяснения. Как нам представляется, формулирование концепции когнитивной методологии психологической науки будет способствовать дальнейшему развитию методологических разработок в отечественной психологии.

Литература

Ал­лах­вер­дов В. М. Соз­на­ние как па­ра­докс. СПб.: ДНК, 2000.

Ал­лах­вер­дов В. М. Ме­то­до­ло­ги­че­ское пу­те­ше­ст­вие по океа­ну бес­соз­на­тель­но­го к та­ин­ст­вен­но­му ост­ро­ву соз­на­ния. СПб., 2003.

Василюк Ф.Е. Методологический анализ в психологии. М., 2003

Зинченко В.П. Преходящие и вечные проблемы психологии // Труды Ярославского методологического семинара: Методология психологии. Ярославль, 2003, с.98-134

Ка­риц­кий И. Н. Тео­ре­ти­ко-ме­то­до­ло­ги­че­ское ис­сле­до­ва­ние со­ци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ских прак­тик. М., Че­ля­бинск: Со­ци­ум, 2002.

Козлов В.В. Психология творчества. М., 2008

Корнилова Т.В., Смирнов С.Д. Методологические основы психологии. М., 2005

Мазилов В.А. Методология психологической науки: история и современность. Ярославль, 2007

Ро­го­вин М. С. За­лев­ский Г. В. Тео­ре­ти­че­ские ос­но­вы пси­хо­ло­ги­че­ско­го и

па­топ­си­хо­ло­ги­че­ско­го ис­сле­до­ва­ния. Томск, 1988.

Смирнов С.Д. Методологический плюрализм и предмет психологии // Труды Ярославского методологического семинара. Т. 2: Предмет психологии. Ярославль: МАПН, 2004. С.276-291.

Спиркин А.Г., Юдин Э.Г., Ярошевский М.Г. Методология // Философский энциклопедический словарь. М., 1989, с. 359-360.

Юревич А.В. Методологический либерализм в психологии // Вопросы психологии, 2001, №5, с.3-19

Юревич А.В. Психология и методология. М.: Изд-во ИПРАН, 2005

Мануйлов Г.М., Новиков В.В., Козлов В.В. (Ярославль)

^ АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ

ТЕОРИИ ПСИХОЛОГИИ УПРАВЛЕНИЯ

В работах отечественных психологов, выполненных в разные годы, были поставлены, сформулированы и разработаны многие методологические вопросы, имеющие принципиальное значение для психологии управления. Эти работы во многом определили последующее развитие нашей науки и, возможно, в них следует искать «ростки будущего», которые так необходимы сегодня отечественному менеджменту, испытывающему глубокий методологический кризис.

Управление – это сознательное воздействие человека на объекты, процессы и на участвующих в них людей, осуществляемое с целью придать определенную направленность деятельности для того, чтобы получить желаемые результаты. Управление ставит своей непосредственной задачей внести необходимую упорядоченность в процесс, организовать совместную деятельность людей, достичь согласованности, координации действий.

Эффективное управление является ключевой предпосылкой успешного функционирования организаций в сфере бизнеса, в государственном и общественном секторе. В наших переходных социально- экономических и политических условиях, особенно в ситуации глобального экономического кризиса, прежние управленческие схемы уже не работают. Современные западные подходы и методы нельзя переносить в российскую экономику и управление. Для их адаптации к условиям нашего рынка необходимо использовать методологические и теоретические наработки советской и российской психологии управления и социальной психологии.

Вариации такого подхода зависели от понимания предмета исследований. В принципе, установление предмета исследования в психологии менеджмента и предпринимательства, как и в любой другой психологической области, связано с определением единиц анализа психического. В.П. Зинченко отмечал, что в этой отрасли науки существует удивительная беззаботность по отношению к определению именно единиц анализа психического. Перед психологией управления, считает он, стоит проблема выделения таких исходных единиц анализа, которые строго соответствовали бы поставленным целям исследования и изначально содержали бы в себе целостные характеристики процессов управления в различных сферах социальной практики.

В работах по психологии управления чаще всего в качестве исходной единицы анализа рассматривался руководитель. Этому соответствовал круг таких, преимущественно, общепсихологических проблем как особенности аналитико-синтетической деятельности управленца, его эмоционально-волевой сферы, практического мышления, интуиции (Б.М. Теплов, 1946). В русле такого подхода эффективность руководства определялась как зависящая лишь от так называемых профессионально важных качеств, свойств руководителя. Предполагалось, что, чем полнее представлен у личности достаточно ограниченный набор необходимых свойств, качеств, тем эффективнее будут выполняться функции руководства. Среди выделяемых качеств указывались, как правило, врожденные и приобретенные в ходе деятельности. Спор о качествах, их происхождении, вел к различиям во взглядах на предмет управленческой деятельности. Логика рассуждений была довольно проста: если конкретная деятельность требует приобретаемых свойств и качеств, и ее можно изучать с помощью определения причинно-следственных зависимостей между личностью и ее деятельностью, то она является предметом науки. И решающее значение в подготовке лиц, занимающихся данной деятельностью, придавалось знаниям, умениям и навыкам, приобретенному опыту. Другие исследователи считали и считают, что управление - это искусство, в основе которого лежат специальные врожденные способности. Отсюда, подобная деятельность индивидуально неповторима. Обучение и овладение знаниями мало что значат в ее осуществлении.

Некоторые ученые считают, что абсолютно все известные человечеству социальные группы различны настолько, что являются уникальными, и руководитель каждой из них тоже должен обладать неповторимыми врожденными качествами, позволяющими ему эффективно управлять конкретной группой. В таком случае жесткий набор свойств для него нецелесообразен и невозможен. Примерно так рассуждают Б.Д. Парыгин, А.В. Петровский и многие зарубежные ученые. Они считают, что это природный тип, он родится, а «не делается», «не выращивается»... Один из классиков отечественной психологии, А.Г. Ковалев, уверенно полагает, что на практике руководитель, овладев наукой, начинает более искусно управлять, т.е., между искусством и наукой существует взаимодействие.

Другие авторы рассматривали проблему эффективности руководства как более зависимую от научения. Соглашаясь с тем, что руководителю необходимо иметь минимум врожденных свойств и качеств, они, все-таки, полагали, что более значимы качества, приобретаемые в ходе обучения и практической деятельности. Но в качестве единицы анализа и эти авторы рассматривали только «руководителя». {В этой сфере, пожалуй, наиболее приемлема концепция К.К. Платонова (1975)).

Позднее произошло расширение единицы анализа до рамок системы «руководитель-подчиненный». Это повлекло за собой втягивание в орбиту исследований психологии управления проблематики, традиционно принадлежащей социальной психологии (стиль руководства, лидерство, взаимоотношения, авторитет).

С течением времени произошло еще большее расширение единиц анализа и, соответственно, предмета исследований. Некоторые ученые (А.И. Китов, С.Ю. Флоровский) рассматривают предмет психологии управления в виде совместной деятельности иерархизированной группы должностных лиц, реализующих функцию управления другими группами людей в рамках конкретной организации (воинской части, производственного предприятия, учреждения и т.п.). Все чаще подобные исследования наталкиваются на психологические проблемы так называемого социального управления (формирование активной жизненной позиции, идейно-культурного уровня, правосознания и т.п.). Такие исследования неизбежно выходят за рамки одной организации и рассматривают пути оптимизации работы, подчас значительного количества, организаций и ведомств: В.В. Новиков (1976, 1995, 2003), Ю.М. Забродин (1990-1992), А.И. Пригожин (1980-1988) и др.

Таким образом, рассмотренные подходы к эффективности управления постепенно расширяют свой предмет исследования.

В исследованиях последнего времени (А.Л. Журавлев, Г.М. Мануйлов, В.В. Марченко, В.В. Новиков, В.П. Позняков, А.В. Филиппов и др.) единицей анализа служит структура третьего типа. Управленческая деятельность рассматривается как зависимость от объективных и субъективных факторов. К субъективным факторам относятся, как правило, личностные качества, а также темперамент и свойства нервной системы. К объективным особенностям предпринимательской деятельности - ведомственная или отраслевая принадлежность предприятия, ситуация в обществе. Интересен в этой связи вопрос о формировании управленческой позиции руководителя. Формирование управленческой позиции обусловлено комплексом субъективных, объективных факторов, среди которых особое место принадлежит ценностным ориентациям личности и фактору соответствия характеристик личности требованиям деятельности.

Исследования Б.Г. Ананьева убедительно продемонстрировали преимущества комплексного междисциплинарного подхода к проблеме человека, позволили психологии действительно стать наукой о человеке во всей его сложности и многогранности. Антропологизм, в понимании Б.Г. Ананьева как принцип построения психологической науки, позволил по-иному взглянуть на сам предмет психологии, а сегодня - на возможности менеджмента и его части – психологии управления. При этом мы менеджмент понимаем как управление (планирование, регулирование, контроль), руководство, организацию производства. В инструментальном отношении это совокупность методов, форм, средств управления производством для достижения поставленных целей (повышения эффективности производства, увеличения прибыли и т.д.). Вне сомнения, современный менеджмент органично включает в свою структуру и управление персоналом как систему организационных, социально-экономических, психологических, нравственных и правовых отношений, обеспечивающих эффективную реализацию возможностей человека как в интересах самого работника, так и организации в целом.

В концепции Б.Г. Ананьева предмет психологии предстает как многоуровневая системная организация психики. Не анализируя подробно методологическую концепцию Б.Г. Ананьева, следует отметить, что именно ему и принадлежит наиболее известная классификация методов психологической науки. Им, кстати, были выделены следующие группы методов: организационные, эмпирические, методы обработки данных, интерпретационные методы. Таким образом, была разработана классификационная система, соответствующая современному уровню науки. Позднее она послужила стимулом для дальнейших исследований по этой центральной для методологии психологии проблеме. Ученики Б.Г. Ананьева: Е.С. Кузьмин, Н.Н. Обозов, В.Е. Семенов и другие дополнили эту классификацию, названную ими «группой управленческих методов».

Необходимо отметить, что в нашей психологии сложилось довольно странное положение. Эмпирические методы изучены, можно сказать, достаточно хорошо, по крайней мере, имеются их развернутые описания, наконец, существуют альтернативные классификации, хотя, нередко, и прямо противоположные суждения. О теоретических же методах психологии известно по-прежнему немного. Не вполне ясны, например, такие вопросы: каково соотношение теоретических и эмпирических методов, каково «происхождение» собственно теоретических методов, какова связь между теорией и методом в том же психологическом управлении и т.д.

Возникает такое впечатление, что многие современные ученые принципиально согласны с позицией, которую четко «артикулировал» более ста лет назад «создатель» экспериментальной психологии Вильгельм Вундт: «Всякая наука, в конечном счете, заключается в логическом соединении данных содержаний опыта». Вряд ли сейчас можно согласиться с Вундтом в том, что «существует полное согласие между всеми представителями науки, которые не верят, как некоторые философы, в чудодейственную силу специфического метода». Однако для того же психологии управления данный постулат Вундта вполне подходит. Требование его заключается в том, что соединение данных опыта, составляющее сущность научной работы, должно, безусловно, подчиняться законам логического суждения и умозаключения» (Вундт, 1914). Конечно же, подчас, это выглядит неоправданной уступкой позитивизму, но посмотрим на выдвинутое положение конкретно.

Опыт философии и психологии, да и некоторых других наук свидетельствует, что дело обстоит не так просто: теория не может быть сведена только к логическому упорядочиванию эмпирических данных, ибо теоретические методы, хотя и не имеющие «чудодейственной силы», все же существуют.

Недостаточная разработка названных методологических вопросов является существенным препятствием на пути развития отечественной психологии, вообще, и психологии управления, в частности, хотя разработка методологии в последние годы активизировалась (В.А. Мазилов, В.В. Козлов, А.В. Юревич). Так, историко-методологическое исследование использования методов в психологии показало, что даже чисто эмпирические методы имеют выраженную обусловленность со стороны теоретических представлений. Было проанализировано использование метода интроспекции в психологии второй половины ХIХ - начала ХХ вв. Давно было известно, что существуют различные разновидности и модификации данного метода. Теперь же документально доказано, что структура метода интроспекции как эмпирического метода, все-таки, определяется исходными представлениями исследователя об изучаемом явлении.

Аналогичное отношение было выявлено при историко-методологическом исследовании, в котором изучалось использование метода эксперимента в психологии. Это позволило известному российскому методологу психологии В.А. Мазилову ввести понятие «предтеория». Предтеория представляет собой комплекс исходных представлений, являющихся основой для проведения эмпирического психологического исследования. Предтеория, таким образом, предшествует не только теории как результату исследования, но и самому эмпирическому исследованию. Предтеория имеет сложную детерминацию (образование исследователя, научные традиции, идеалы научности и т.п.). Может быть описана структура предтеории: опредмеченная проблема, базовая категория, идея метода, объясняющая категория, способ (вид) объяснения. В основе возникновения предтеории лежит серьезная проблема. Для того чтобы проблема стала основой предтеории, она должна быть опредмеченной. Поясним это.

В психологии существуют традиции, с которыми каждый специалист должен считаться. К подобным традициям, в первую очередь, относятся те, согласно которым, психология должна заниматься изучением «психэ» (при всех различиях трактовок интуитивное представление является общим и хорошо описывается через самонаблюдение). Объяснение «души» (внутреннего мира - мыслей, чувств, воспоминаний и т.д.) - сверхзадача любой психологии. Даже самые радикальные реформаторы - представители объективной психологии - не ушли от этого. И.П. Павлов, например, в условном рефлексе видел возможность научного изучения именно психических феноменов (напомним, по Павлову, акт слюноотделения специфичен: состав слюны «соответствует» консистенции, биологическому составу пищи. Именно это соответствие дает основание заключить, что душевные способности, такие как память, мышление и др., включены в структуре этого акта). Разрыв с этой традицией лишает права называть свою концепцию психологической. Поэтому даже бихевиоризм Дж. Уотсона был психологическим: хотя и в специфической форме (включенным в поведение), психические явления в нем были сохранены.

Еще одной традицией, которой должна соответствовать опредмеченная проблема, давно стало определение психофизиологического статуса психического явления. Иными словами, опредмечивание означает, что дуалистически (имплицитно или эксплицитно) или монически будет рассматриваться психический феномен.

Таким образом, опредмечивание проблемы – это включение ее в контекст так или иначе трактуемого предмета психологии.

Центральным же элементом в структуре предтеории является базовая категория. Базовая категория фиксирует тип трактовки предмета, определяет основную ориентацию исследования, поэтому имеет самое непосредственное отношение к методу (точнее, идее метода). Базовая категория, таким образом, является основной детерминантой метода.

Историко-методологическое исследование показывает, что в качестве основных базовых категорий в психологических концепциях середины ХIХ - начала ХХ вв. выступают «структура», «функция (акт)», «процесс», «генезис», «уровень». В зависимости от выбранной базовой категории, метод может быть структурным, функциональным либо процессуальным. «Генезис» и «уровень» чаще используются в сочетании с другими категориями (в этих случаях исследование имеет комплексную ориентацию). Именно здесь и сама проблема, и методы ее решения часто выступают в качестве объясняющей категории. Могут быть выделены виды объяснения, использующиеся в психологии. Используемый метод (например, структурная интроспекция) позволяет получить эмпирический материал, который подлежит интерпретации. Ядром, определяющим вид интерпретации, является объясняющая категория.

В «наивных» концепциях, характерных для ранних этапов развития психологии как самостоятельной науки, часто наблюдается совпадение базовой категории и категории объясняющей. В более поздних концепциях происходит «наложение»: эмпирический материал добывается методом, соответствующим одной категории, а интерпретируется с помощью другой. Это создает возможности для появления других (альтернативных) видов объяснения. Могут быть описаны виды редукции в психологическом исследовании.

Историко-методологическое исследование позволило также выявить виды психологической теории. Исходным видом является концептуализация эмпирических данных с помощью объясняющей категории, совпадающей с базовой. Для объяснения могут использоваться гипотезы ad hoc. На более поздних этапах появляются теории, в которых для объяснения используется «наложение» схем: метод исследования и метод интерпретации не совпадают, так как порождаются различными категориями (базовая и объяснительная категории не совпадают).

Выявлено, что теоретический метод в психологии имеет уровневое строение. Могут быть выделены, по крайней мере, три уровня: уровень «идей», уровень «содержаний», уровень «техник». В зависимости от того, на каком уровне раскрывается метод, он существенно различается. Понятно, что на высшем уровне метод имеет методологические характеристики, соответствующие основным ориентациям исследования (структурный, функциональный или генетический). На этом уровне метод выступает как нормативный, определяющийся базовой категорией (или их сочетанием). На втором уровне («содержаний») проявляется «теоретичность» метода, так называемая «интимная связь с теорией», т.е., конкретным научным содержанием. На этом уровне метод выступает как дескриптивный. Этот уровень метода определяется соотношением предмета исследования и объясняющей категории. На третьем («техническом») уровне метод может быть описан через совокупность приемов и операций, его составляющих.

Отметим, что, при такой трактовке диалектический метод в психологии оказывается одной из разновидностей генетического метода. Возможно, выделение и описание различных теоретических методов в психологии будет способствовать изучению психологии управления.

Поскольку психология управления признается особым видом управленческой деятельности, она (эта деятельность) должна иметь относительно самостоятельные психологические характеристики, достоверно отличающие ее от других видов человеческой деятельности, в том числе и, в первую очередь, от самого управления в широком смысле термина.

Большая зависимость руководителей государственных предприятий и организаций от вышестоящих органов детерминируется сложностью вертикально иерархизированной структуры их предприятий.

Представители негосударственных промышленных структур уже самим более простым построением их предприятий и организаций предрасполагаются к большей независимости и свободе действий, чем их коллеги из государственных организаций: у них объективно больше возможностей для использования элементов психологического управления.

Вместе с тем, предприниматели, в отличие от «государственных» руководителей, должны обладать и особыми личностными качествами – предрасположенностью к независимости, повышенной агрессивностью, смелостью, склонностью к рискованным действиям, одновременно расчетливостью и упорством, которые в своей совокупности могут мешать гуманизации управления, вообще, и психологического, в частности.



0931130046940640.html
0931210848297757.html
0931292371393478.html
0931378583860643.html
0931467405020828.html