Пока беда не вошла - страница 5



Примечание: Под избыточной смертностью понимается превышение количества смертей в наркопотребляющей среде по сравнению со среднестатистическими показателями для аналогичных возрастных групп, не прибегающих к психоактивным веществам.


Как видим, рассказы о якобы безопасных наркотиках, столь же абсурдны, как и сам наркотический бред. ^ Таких наркотиков не существует в природе. Разумеется, психоактивные вещества, отличаются друг от друга по степени воздействия на организм и характеру ущерба наносимого здоровью. Но при этом, все они семимильными шагами приближают человека к смерти. Сказанное в полной мере относится и к появляющимся новым синтетическим наркотикам таким, как препарат «Экстази», в безопасности и чуть ли не в полезности которого кое-кто пытается уверить общественность. В США уже имели место официально зарегистрированные случаи смерти подростков на дискотеках в результате приема «Экстази».

Завершая разговор о «голландском опыте», добавим, что старшеклассники московских школ, которым задавался вопрос о допустимости легализации продажи наркотиков в нашей стране, в абсолютном большинстве самым категорическим образом отвергли эту идею, охарактеризовав ее как совершенно бредовую, ведущую к гибели России. То что, школьники проявляют здравого смысла и заботы о своей стране неизмеримо больше, чем останкинские мудрецы и кремлевские сидельцы, внушает осторожный оптимизм в отношении будущего и позволяет надеяться, что «голландский опыт» не станет российским.


^ ВОСКРЕШЕНИЕ ИЗ МЕРТВЫХ


1. КУДА ПОЙТИ ЛЕЧИТЬСЯ?


Вот и пришло время поговорить о том, что же делать, если несмотря ни на что, зависимость сформировалась и вылилась в употребление наркотиков. Есть ли у наркомана в нашей дикой действительности хоть какой реальный путь к освобождению?

Прежде всего, напомним: проблему невозможно решить исключительно личными или внутрисемейными средствами, необходимы дополнительные ресурсы, чья-то помощь. Но куда именно обратиться? Вопрос серьезный, цена ошибки здесь крайне велика. А соблазнов между тем не счесть. Газеты и журналы пестрят объявлениями, сулящими гарантированное (!) избавление от наркотической и алкогольной зависимости. Бесконечные «центры» и отдельные «специалисты» ненавязчиво оповещают мир через газеты, типа «Экстра-М» о том, что добились 70-80% результата в лечении алкоголиков и наркоманов. Куда там до нас американцам с их жалкими 7%! Да и специалистов отечественного института им. В.М. Бехтерева, видно, давно пора уволить без выходного пособия — у них ведь полностью адаптируются к нормальной жизни «всего» 14,8% алкоголиков! А тут80 %!

Не остаются в стороне от проблемы наркотиков и алкоголизма наши «добрые» колдуны, экстрасенсы и знахари. Эти сердобольные граждане, естественно, не могут пройти мимо народного бедствия и обещают полное выздоровление каждому, кто готов платить деньги за участие в сатанинских экспериментах в роли подопытного кролика. Свою лепту вносят и сектанты. Если одни секты, например, официальные, так сказать, сатанисты активно распространяют наркотики, то другие — такие, как муниты и хаббардисты (сайентологи) активно занимаются пропагандой «здорового» (в сектантском, разумеется, понимании) образа жизни, финансируют собственные программы помощи наркоманам.

О том, чем заканчивается «лечение» у колдунов и каковы истинные цели сектантской благотворительности, подробно рассказывается в трудах доктора медицинских наук иеромонаха Анатолия (Берестова), профессора А. Дворкина, диакона Андрея Кураева. Мы же вернемся к посулам «наркологов» и «психотерапевтов», предлагающих свои услуги со страниц рекламных газет и журналов. Держитесь крепче за стулья, уважаемые читатели — эти господа почти не врут! И, тем не менее, если, не дай Бог, у вас или у ваших близких возникнут проблемы, которые они берутся решать, не спешите звонить по указанным телефонам. Фокус заключается в том, что в этих объявлениях речь идет, как правило, о прерывании запоев у алкоголиков и преодолении синдрома отмены у наркоманов.

При прекращении приема наркотических средств у зависимого человека начинается абстиненция, или, говоря попросту, ломки. Те, кому довелось пережить это состояние, говорят, что воочию столкнулись с муками ада. Если не принять меры, синдром отмены может привести к смерти. Современные методы детоксикации, использующие новейшие медикаментозные препараты, плазмоферез, гемосорбцию (методы очистки крови), позволяют благополучно преодолеть синдром отмены даже в исключительно тяжелых случаях — это правда. (Отметим попутно, что все эти процедуры требуют дорогостоящего оборудования, обученного персонала и, естественно, доступны далеко не каждому).

А вот дальше у "целителей-чудодеев" начинается лукавство. Ибо вся правда заключается в том, что никакого лечения от зависимости, даже биохимической, не говоря уже о психологической, в этих процедурах нет и быть не может! Наркоман, прошедший такой курс, остался тем же самым наркоманом. Ему просто не позволили избавиться от ломок при помощи наркотика и при этом не дали умереть. Вот и все.

Мало того, процесс детоксикации, без которого просто не обойтись при комплексном лечении зависимости, может сыграть отрицательную роль, если дело ограничится только им. Особенно, если речь идет о молодых людях и тем более подростках, имеющих сравнительно небольшой стаж употребления наркотиков. Они зачастую еще полностью не утратили иллюзию бессмертия своего тела. В больнице, с явным улучшением физического состояния и самочувствия, эта иллюзия получает дополнительное подкрепление. И, выйдя оттуда, подросток снова начинает тянуться к «кайфу» в уверенности, что «в случае чего», его «откачают» в больнице.

Детоксикация и преодоление синдрома отмены — это необходимый компонент, обеспечивающий процесс избавления от зависимости. Само же лечение должно быть направлено на устранение первопричины наркомании и алкоголизма — механизма зависимости.

Иными словами, необходимо освобождение личности, возвращение человеку свободы воли. Без этого базового условия разговор об устранении зависимости становится очевидной бессмыслицей.

Между тем, едва ли не самым распространенным шагом в «лечении» (если, конечно, вообще предпринимаются какие-то шаги) в нашей стране стало так называемое кодирование. Уже сам этот термин достаточно красноречив. В нормальном языке он скорее применим не к человеку, а к машине, программу которой кодируют, то есть переводят с языка людей в систему символов, воспринимаемых ее электронными устройствами. А в данном случае в качестве устройств выступает человеческий мозг. Существует огромное число способов кодирования и программирования человека. Но общий принцип у них один. Использование болезни личности — зависимости — для устранения симптомов этой болезни — наркомании и алкоголизма. Образно говоря, изгнание дьявола при помощи самого дьявола, что, как уже отмечалось, невозможно.

В чем же суть кодирования? Для зависимого человека составляют программу, исключающую прием наркотиков, либо выпивку, кодируют ее, преобразуя в систему сигналов, воспринимаемых подсознанием, и вводят лишенному свободы воли человеку. Попросту говоря, хозяин отдает рабу приказ: "Не пей!", "Не колись!". Естественно, ни о каком устранении зависимости не приходится говорить. Наоборот: зависимость — необходимое условие для того, чтобы кодирование действовало!

Не случайно игумен Герман (Чесноков), известный тем, что вот уже много лет в Троице-Сергиевой Лавре отчитывает людей, одержимых бесами, характеризует кодирование как «умышленное, сознательное вселение демона в человека с помощью черной и белой магии, с согласия больного, на определенный срок и под расписку". (33)

Кому-то, возможно, такая точка зрения покажется чересчур категоричной, другие скажут: «Ну и пускай бесы, лишь бы помогло бросить наркотики!». По-человечески это можно понять. Но в том-то и дело, что сделка с дьяволом никогда не может принести ничего хорошего. И дело не только в погибели души. Лукавого потому и назвали лукавым, что он от века обманщик и посулов своих не выполняет. Душу берет, а обещанной платы не дает. А в нашем случае и не способен дать, даже если бы и пожелал. Из Святого Писания известно, что не может сатана изгонять самого себя. В подтверждение этого можно привести массу примеров.

Что только не происходит с людьми, прошедшими кодирование! Одни, бросив пить, начинают употреблять наркотики. Многие, перестав потреблять зелье, впадают в тяжелое депрессивное состояние, нередко заканчивающееся попыткой самоубийства. Другие, наоборот, становятся крайне агрессивны, терроризируют домашних, совершают преступления, связанные с насилием. Но самым распространенным результатом кодирования можно считать так называемую оккультную болезнь.

Термин этот ввел о. Анатолий (Берестов), говоря о последствиях лечения у экстрасенсов. Суть оккультной болезни в следующем: после обращения к целителям, симптомы, на которые жаловался больной, действительно, довольно часто исчезают. Но спустя какое-то время болезнь возвращается с новой силой, причем, очень плохо поддается воздействию традиционных медицинских средств. Это в полной мере относится и к кодированию. Многие нарко- и алкозависимые люди по окончании срока кодирования возвращаются к пагубным пристрастиям, причем, становится невозможно убедить их предпринять еще одну попытку спасти свою жизнь.

Еще страшнее обстоит дело с несчастными «сорвавшимися», то есть вернувшимися к потреблению наркотических средств до истечения срока, — а таких немало. Они очень часто тут же погибают от передозировки. Не случайно наиболее, так сказать, респектабельные мастера программирования сознания специально оговаривают, что их методики не являются кодированием. Например, широко рекламируемый некоторыми средствами массовой информации киргизский «чудотворец» Дженишбек Назарлиев (излечение от алкоголизма – 93%, от наркомании – 86%(!) всячески открещивается от порядком скомпрометировавших себя методик «чудотворца» украинского – А. Довженко. Но вот как описывается в панегирике, посвященном Назарлиеву «Комсомольской правдой» его "ноу-хау", именуемое «суперстресс — шок». Многообещающее название, не правда ли?

«Больному, находящемуся в полном сознании, но введенному докторами Центра в судорожное состояние, делается мощнейшая энергетическая накачка. Одновременно в его мозгу закрепляется сильнейший приказ: «Ты будешь жить! Ты больше никогда не притронешься к зелью! Ты абсолютно здоровый человек!» (34). Кое-какие любопытные подробности о том, как именно происходит «катарсис (очищение) по Назарлиеву» сообщает «Независимая газета». «Незабываемое зрелище – отнюдь не для слабонервных! Мощное энергетическое, психическое воздействие на сознание больного, когда из него «вычищается» та его часть, которая связывала человека с наркоманией и спиртным. Сам доктор Назарлиев передвигается по комнате, словно в каком-то древнем оккультном танце. Рядом – три его верных ученика. Магические фигуры в черном. Мэтр словно произносит заклинания над больными». (35). Если это не кодирование, граничащее, к тому же с откровенным сатанизмом, то что это? На вопрос отвечает сам Дженишбек Назарлиев: «Мы не зомбируем человека, мы, если хотите, программируем (курсив мой, — авт.) его на здоровый образ жизни. И, смею вас заверить, делаем это вполне успешно». (36) Вот так! Просто и ясно. Хотелось бы только знать, – в чем уважаемый доктор медицинских наук видит разницу между программированием и зомбированием человека? А так же для чего маститому ученому, чья деятельность, если верить все той же «НГ», запатентована в Российской Федерации, одобрена Национальным институтом здравоохранения в Вашингтоне и Региональным Европейским Советом Всемирной Федерации психического здоровья, понадобились черные балахоны, ритуальные пляски и оккультные заклинания?

В сказке Клайва С. Льюиса «Серебряное кресло» путешествующие дети – Юстэс и Джил, встретили на пустынной горной дороге фигуру, закованную в черные латы. Они были уверены, что встретили рыцаря. Однако, сопровождавшее их мудрое сказочное существо – квакль Хмур, придерживался иного мнения.

«— Интересно – сказал Хмур, — что бы мы увидели, если бы подняли забрало шлема и заглянули внутрь?

— Да брось ты! – крикнул Юстэс. – Что там может быть кроме человека?

— ^ Скелет, — усмехнулся квакль. – Или, — задумчиво прибавил он, — вообще ничего. То есть ничего такого, что мы можем увидеть». (37)

Быть может, и всем, кто собирается в надежде на чудо, ехать в далекий Бишкек, стоит всерьез задуматься над тем, что скрывают под своими черными одеждами таинственные помощники доктора Назарлиева?


^ 2. ДОРОГУ ОСИЛИТ ИДУЩИЙ…


Итак, кодирование не освобождает. Это тупик. А что можно предложить взамен? А взамен можно предложить долгую и тяжелую работу, которая требует огромных усилий, времени и, нечего лицемерить, финансовых затрат. Она будет сопровождаться потерями и разочарованиями, синяками и шишками. И главное, шанс на успех не так уж велик. Но альтернативы нет. Вернее, альтернатива — гарантированная погибель.

Дело осложняется еще и тем, что вступить на этот крестный путь и идти по нему страдающий зависимостью человек может только сам. Его нельзя проехать ни в карете скорой помощи, ни за решеткой милицейского воронка. Его можно только пройти шаг за шагом. А близкие и специалисты выступают в роли посоха, на который можно опереться, дерева, в тени которого можно передохнуть, колодца, из которого можно напиться, но не могут стать ни ногами страждущего, ни прошагать несколько километров за него.

Вспомним, как возникает зависимость. Родители подавляют живую и здоровую душу ребенка. Личность как бы раздваивается. Возникает лукавый и лживый фантом, комфортно чувствующий себя именно в зависимом состоянии. Но и здоровая часть личности сохраняется и хочет жить, рвется наружу. И пока она жива, жива и надежда. Она-то и толкает человека к освобождению. И когда эта здоровая часть на какой-то, быть может, совсем короткий момент, выступает на первый план, появляется желание спастись. Происходит это по-разному.

Люди, сумевшие преодолеть зависимость, рассказывают, что в какой-то момент наркотическая виртуальная реальность вдруг теряет свою изначальную привлекательность, становится серой, безрадостной, иногда угрожающей. Один человек, страдавший алкоголизмом, рассказал, как однажды, во время многодневного запоя, будучи в невменяемом состоянии, он вдруг, как по вмешательству свыше, почувствовал в какой-то момент себя абсолютно трезвым и глазами трезвого человека увидел свою запущенную, обшарпанную квартиру, пустые бутылки, небритых, опустившихся собутыльников. Эта привычная в общем-то картина почему-то вызвала глубочайшее отвращение. Потрясение оказалось настолько сильным, что человек начал усиленно бороться со своим недугом и, в конце концов, сумел бросить пить!

Именно в такие моменты чрезвычайно важна поддержка извне и, в первую очередь, от близких. Вот тут очень пригодятся навыки, полученные на занятиях с психологом. Не зря говорится: готовь сани с лета! Первым шагом на тернистом пути избавления от зависимости должно стать выполнение двух условий.

Первое — исключить для больного доступ к наркотикам. Это должно быть выполнено на 100%, любыми средствами, так как героин так же притягателен для наркомана, как холодный прозрачный источник для умирающего от жажды. И если будет хотя бы малейшая возможность припасть к этому источнику, он сделает все, чтобы воспользоваться ею.

Второе — обеспечить медицинскую помощь для преодоления синдрома отмены или ломки. Как осуществить это на практике, приходится решать индивидуально в каждом конкретном случае. Отлаженной, эффективной системы в нашей стране, увы, не существует.

Многие частные клиники обеспечивают, как уже говорилось, качественную детоксикацию. Но немало и таких, где процветает либо шарлатанство и кустарщина, либо практикуется накачивание пациентов лошадиными дозами анальгетиков и психотропных средств. Последнее опасно не только риском возникновения лекарственной зависимости, но и тем, что организм больного сильно ослаблен, как правило, имеет место целый «букет» серьезных сопутствующих заболеваний. Поэтому подобные методы «лечения» могут привести к тяжким осложнениям.

При выборе клиники полезно обратить внимание на несколько обстоятельств. Прежде всего, настоящие профессионалы при первом контакте не будут отделываться общими фразами из рекламных проспектов: «мы гарантируем», «у нас самые эффективные методы» и тому подобное. Конечно, Вас не станут посвящать во все нюансы лечебного процесса (да это и не нужно), но внятно объяснить суть того, что будет происходить, могут и должны. Наиболее перспективными можно считать клиники, где упор делается на методы физиотерапии, рефлексо-терапии, аутогемотерапию. Используют медикаментозные схемы, базирующиеся на витаминах и антидепрессантах.

Особое внимание стоит уделить персоналу клиники. Практика показывает, что наиболее эффективно с синдромом отмены работают врачи анестезиологи и реаниматоры с большим опытом практической работы. Существенную роль играют и бытовые условия. Так как при «ломках» больного в буквальном смысле бросает то в жар, то в холод, его тошнит, и, извините, «несет», подвал с общественным туалетом категорически противопоказан отнюдь не по соображениям престижа.

При выборе клиники не стоит гнаться за дешевизной как, впрочем, и нести 5000 долларов в какой-нибудь особо «про­двинутый» ЦЕНТР! Средняя реальная цена по Москве сегодня колеблется в пределах 100-130 у.е.

Проведение детоксикации на дому обойдется значительно дешевле. В принципе, это возможно, но при условии, что вы обратились не просто по объявлению, а к хорошему врачу с проверенными рекомендациями. В противном случае, лучше не рисковать. Скупой платит дважды!

Психотерапевтическую работу необходимо начать сразу, как только это позволит физическое состояние больного. (Обычно через две недели с момента отказа от приема психоактивных веществ и начала процесса детоксикации). На первом этапе главная психотерапевтическая задача — оказание эмоциональной поддержки, подкрепление веры в себя, купирование депрессивных состояний и канализация агрессии (на этом этапе борьбы с зависимостью характерна циклическая смена состояния: депрессия — агрессивность и обратно). Идеально, если эта работа ведется в условиях клиники. На практике же чаще всего, выписка происходит сразу же после преодоления наиболее острого периода синдрома отмены. Именно в этот период по наблюдениям наркологов и психологов происходит максимальное количество срывов – до 90%. И потому особенно необходима помощь больному, как со стороны специалистов, так и от его родных. Очень важно, чтобы близкие воспринимали такие случаи не как катастрофу, а как неизбежные рецидивы болезни сопровождающие процесс выздоровления!

Только при таком подходе можно не допустить возникновения у зависимого человека устойчивого состояния разочарования и обреченности, при котором лечение просто невозможно. Индивидуальные встречи с психотерапевтом в течение первых трех-пяти недель с момента выписки из клиники крайне желательно проводить не реже чем через день. Оптимально — два раза в неделю.

Следующий шаг на пути освобождения – изменение круга общения. У каждого человека в процессе жизни образуется определенная система общения. Психологи называют ее иногда социальным атомом. Это не случайно. Вокруг любого из нас подобно электронам вокруг атомного ядра как бы вращаются разные люди. Одни более значимы и эмоционально нам близки, другие – находятся на, образно говоря, удаленных орбитах. С течением времени в социальном атоме каждого человека происходят существенные изменения – умирают наши бабушки и дедушки, потом родители, оканчивая школу, мы обычно теряем дружеские связи с большинством одноклассников и т.п. Взамен, появляются другие важные люди – супруги, дети, новые друзья. Говоря научным языком, социальный атом способен к регенерации, то есть к компенсации своих потерь. Но если в силу каких-то причин, компенсации не происходит, то размеры круга общения начинают катастрофически сокращаться и в какой-то момент наступает состояние, именуемое социальной смертью. При этом «Речь идет не о смерти души или тела, не о том, как мы умираем изнутри, а о том, как мы умираем извне» (38).

Социальная смерть не всегда деструктивна. Например, нечто подобное происходит, по-видимому, с людьми, добровольно порывающими с миром и принимающими на себя монашеский подвиг. Но применительно к тем, кто живет в миру потрясения, вызванные социальной смертью «могут приводить к преждевременной старости, болезни и физической смерти».(39)

Между тем, для того, чтобы избавиться от зависимости и получить свободу, пережить социальную смерть необходимо. Ведь продолжая поддерживать отношения с людьми, для которых употребление психоактивных веществ является важной составной частью жизни, встречаясь с ними, находясь в одной компании, пытающийся избавиться от зависимости человек уподобляется голодающему, пытающемуся поститься, сидя за столом, уставленном изысканными блюдами. Такой подвиг, возможно под силу святым, но не простым смертным! Социальную же смерть, по милости Божьей и при помощи специалистов, пережить можно. Воистину, без смерти не может быть воскресения! Более того, в этом смысле тот факт, что в зависимость попадают, как правило, в раннем возрасте, является благоприятным. Ибо «в молодые годы потеря друзей или всякого рода партнеров сравнительно легко может возместиться новыми друзьями или партнерами» (40).

Еще больше облегчается процесс переживания социальной смерти опять-таки при разумной позиции родных и близких, которым следует помнить, что среди тех, с кем вынужден расстаться страдающий зависимостью человек, могут, конечно, быть опустившиеся подонки и распространяющие отраву мерзавцы. А могут быть и интересные собеседники, способные, и даже талантливые люди, вызывающие сильные чувства представители противоположного пола и, наконец, просто старые друзья. В любом случае расставание с ними переживается как потеря. Если такое понимание имеет место в семье, то страждущий проходит уже не через социальную смерть в строгом смысле слова (так как сохраняется общение внутри семьи), а через, так сказать, социальную кому. На этом этапе происходит примерно 50% срывов. То есть при самом благоприятном стечении обстоятельств, зависимый человек уже может наполовину жить в реальном мире.

Иными словами, та больная, зависимая сущность, которая чувствует себя комфортно только в виртуальной реальности, в которую попадают при помощи психоактивных веществ, отступает, освобождая тем самым жизненное пространство для здоровых частей личности.

С точки зрения психологической работы с зависимостью данный период является, пожалуй, критическим. Если страдающему зависимостью удается благополучно преодолеть проблемы, связанные с социальной смертью и начать адаптироваться к жизни в нормальной реальности, то прогноз на дальнейшее весьма благоприятен. Для помощи в решении первой задачи можно весьма эффективно использовать групповую психотерапевтическую работу. На этом этапе участие в терапевтической группе для таких больных, пожалуй, важнее, чем индивидуальные встречи с психотерапевтом. В этой связи уместно сказать несколько слов о получающих все большее распространение группах так называемых Анонимных Наркоманов. Создаются и функционируют они по «образу и подобию», так сказать, старшего брата, – приобретшего уже всемирный размах движения Анонимных Алкоголиков (АА). Последнее финансируемое американским табачным королем – миллионером Бентлом, имеет немало последователей и в нашей стране. Базируется оно на философии, сформулированной в так называемых Двенадцати Шагах. Эта философия предполагает признание своего бессилия перед алкоголем, необходимости упования на Бога, поиск причин своих несчастий в себе самом, стремление исправить зло причиненное окружающим. Казалось бы, все подобные принципы можно только приветствовать. А обращение к Господу Богу при лечении зависимости следует признать поистине прорывом в деле борьбы с коварным недугом. Однако, за более чем благообразной вывеской скрывается кое-что вызывающее серьезные вопросы. Прежде всего, анонимному алкоголику предлагается препоручить себя, свою жизнь и свою волю «Богу, как мы его понимаем».3 Причем, это самое «как мы его понимаем» всячески подчеркивается. Но кто они, эти «мы»? Ведь многие, называющие себя образованными, люди понимают Бога как некий абстрактный символ. Спрашивается, – как можно препоручить свою жизнь абстракции? А язычник-людоед понимает Бога как кровожадного идола, требующего человеческих жертвоприношений. А как понимает Бога сатанист, страшно даже произносить вслух! Для общения с таким произвольно понимаемым Богом программа Двенадцати Шагов рекомендует прибегать к молитве и медитации. А ведь хорошо известно, что именно медитация является непременным атрибутом тоталитарных сект и деструктивных восточных культов.4 Поэтому возникают серьезные сомнения относительно того, насколько движение АА и АН (анонимные наркоманы) способствуют действительному возвращению свободы воли зависимым людям.

Вместе с тем, не следует поспешно записывать все подобные группы во «враги рода человеческого». Конфиденциальность, взаимная поддержка, принятие человека таким, как он есть, возможность воочию убедиться в том, что он не одинок, – все это помогает благополучно пережить социальную смерть. Не случайно многие члены АА и АН действительно прекращают употреблять алкоголь.5

Однако, более продуктивным мне представляется включение страдающего зависимостью человека в терапевтическую группу вместе с людьми, имеющими иные проблемы в своей жизни. Сразу оговоримся, что такая возможность имеется далеко не всегда и групповой терапевт, решившийся на подобный шаг, берет на себя большую ответственность. Перед ним встанут большие проблемы, связанные, прежде всего, с обеспечением безопасной атмосферы для всех членов группы. Для этого, прежде всего, особое внимание необходимо уделить отбору участников. Не секрет, что многие воспринимают наркоманов либо как опасных монстров, либо, наоборот, как никчемных слабаков. Поэтому нельзя включать в одну группу с зависимыми личности с фобическими расстройствами (страхами), чрезмерно впечатлительные, склонные к аффективным проявлениям или же наоборот, натуры садистические, самоутверждающиеся за счет окружающих. Немало проблем в процессе работы будут создавать и сами жертвы зависимости. Часто они пытаются и, надо сказать, очень искусно, "тянуть", что называется, "одеяло на себя". То есть манипулировать группой с целью привлечь особое внимание к собственной персоне, вызвать сочувствие у окружающих. Подобное поведение нередко вызывает агрессию со стороны некоторых участников и может расколоть группу на враждебные партии.

И, тем не менее, участие в психотерапевтической группе, не ориентированной исключительно на проблему зависимости, позволяет реабилитируемому наркоману убедиться на личном опыте, если угодно, почувствовать на своей шкуре, что:

Во-первых, он не является изгоем или отверженным и может на равных взаимодействовать с людьми, никогда не употреблявшими психоактивные вещества.

Во-вторых, его собственные проблемы и страдания не являются чем-то доселе невиданным и неслыханным. Наркотики — не единственный источник неприятностей на этом свете. Поэтому нужно уважать чужую боль и уметь ее разделить. По образному выражению нарколога П. Генина, лучший способ перестать жаловаться на плохую обувь – это встретить человека без ног.

В-третьих, для того, чтобы получить внимание и поддержку окружающих, не только не обязательно, но и вредно пытаться манипулировать людьми и вызывать к себе жалость. Прямые и честные отношения в этом смысле гораздо эффективнее.

Кроме того, участвуя в разрешении реальных жизненных коллизий и конфликтов, страждущий получает бесценный социальный опыт, которого, как правило, крайне не хватает жертвам зависимости и, что еще важнее, учится принимать решения и брать на себя ответственность за них. Причем, трудно переоценить то, что сама психотерапевтическая группа и все происходящее в ней, – безусловно, уже не виртуальная, но еще и не стопроцентно жизненная реальность – действия в ее рамках не влекут за собой необратимых последствий. В каком-то смысле, группу можно сравнить с военными маневрами, проходящих в условиях максимально приближенных к боевым – где реально все, за исключением потерь.

Групповая психотерапия на этом этапе выздоровления должна дополняться индивидуальными встречами с психологом. Цель таких встреч – разрешение текущих вопросов, «подчистка хвостов» после групповых занятий, скорая помощь в случае возникновения кризисной ситуации. Но главное – поиск себя и своего места в реальном мире и, так сказать, обустройства на этом месте. Важно понять, какие запросы личности удовлетворялись при помощи наркотиков, то есть каждый борющийся за свою свободу наркоман должен честно и ясно ответить на вопрос: «А что хорошего в жизни давал мне героин?» Сделав это, он получит перечень вещей, которые условно можно назвать «красками бытия», превращающими будничное черно-белое существование в расписанный яркими цветами и наполненный благоуханием праздник. Задача заключается в том, чтобы научиться жить в многоцветном мире не убивая себя и не отравляя жизнь родных и близких... Для ее решения необходимо найти новый, не связанный с приемом психоактивных веществ, доступ к «бытийным краскам».

При нормальном протекании процесса реабилитации достаточно двух встреч в неделю. Вместе с тем, чтобы свести к минимуму возможность срыва, требуется постоянно занимать время страждущего какой-либо деятельностью. В идеале – нужно лишить его физической возможности «уходить в себя» и заниматься самокопанием. Не имеет значения конкретный вид такой деятельности. Принципиально важны лишь два условия, которые обязательно необходимо соблюсти. Она должна быть осмысленной и цели ее должны быть ясны реабилитируемому и разделяться им. Такими же принципами следует руководствоваться при устройстве на работу. Само по себе это крайне полезно и в смысле заполнения времени и в смысле социализации и жизненного обустройства. Однако, упаси Бог, зависимому человеку попасть в учреждение, в котором рабочий день состоит из перерывов между перекурами (а таких мест, по крайней мере, в Москве, сохранилось достаточно вопреки рассуждениям наших доморощенных капиталистов о том, что традиции советских НИИ в современных конторах давно изжиты). В этом случае он получает право на узаконенное безделье, которое, как показывает практика, способно довести до полной деградации и самого здорового человека, причем, в кратчайшие сроки! Что уж говорить про страдающего зависимостью. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы предсказать, чем закончится для него такая «работа». Кстати сказать, все-таки есть одна сфера человеческой деятельности, категорически противопоказанная на данном этапе лечения. Это оказание в той или иной форме помощи другим зависимым.

Очень часто не употребляя наркотики в течении полутора- двух месяцев и, тем более, порвав (если это удалось) с прежним кругом общения, человек начинает считать себя свободным от зависимости и, более того, способным помочь другим сделать тоже самое. Это ничто иное, как опаснейшая иллюзия, поистине сатанинское наваждение, которое, если не пресечь его в корне, неминуемо приведет к самым пагубным последствиям.

К сожалению, в последнее время, становится своего рода модой привлекать наркоманов в качестве экспертов по борьбе с наркоманией! Возражения же специалистов вызывает, как правило, искреннее негодование «прогрессивной общественности». Примером может служить программа Российского телевидения, посвященная данной проблеме. В ходе ее ведущие с самым серьезным видом вымучивали у восемнадцатилетней жертвы зависимости рецепт решения проблемы наркотиков в стране. И надо было видеть их возмущение, когда один из участников прямо заявил, что спрашивать у пьяной девочки, каким именно образом лечить наркоманов, есть ни что иное, как верх безнравственности и глупости. В ответ раздалось гневное требование не оскорблять героиню передачи, и прозвучал сногсшибательный довод в пользу ее компетентности. Новоявленный специалист по борьбе с наркотиками уже три (!) месяца не употребляет героин!

Кстати сказать, аналогичные явления наблюдаются и в отношении других видов зависимости: не пьющие год-полтора алкоголики начинают выводить из запоев других алкоголиков, бывшие сектанты становятся специалистами по реабилитации жертв тоталитарных сект.

Те, кто практикует подобные вещи, забывают о том, что происходит, если слепой берется вести слепого. Как мы знаем из Евангелия, в этом случае в яму упадут оба. Такого рода деятельность перечеркивает все усилия страждущего по перестройке своего социального атома, вновь погружая его в мир, где царит зависимость.

Между тем, из духовной практики Православия известно, что греховные, пагубные для души помыслы посещают даже святых. И чтобы не стать их жертвой, очень важно, говоря современным языком, не зацикливаться на них. В противном случае, происходит, так называемое, сочетание с помыслом, он овладевает душой человека и становится страстью, которой противостоять практически невозможно. Прекрасной иллюстрацией этого процесса является нижеследующее предание.


Шли однажды два монаха – старый и молодой. На пути у них оказался брод через реку. На берегу стояла красивая женщина, боявшаяся самостоятельно войти в воду.

— Перенеси меня через реку, – обратилась она к молодому монаху.

— Отойди и не вводи меня в грех, — ответил тот (монахам, по их обетам, запрещено прикасаться к женскому телу).

Тогда женщина обратилась к старшему из монахов. К удивлению младшего тот взял ее на руки, прижал к себе и перенес через реку. Затем оба пошли своей дорогой. Через несколько часов пути молодой монах не выдержал и обратился к старшему:

— Отче! – спросил он, — ведь нам запрещено даже прикасаться к женщинам. Как же ты мог нести ее через реку?

— Дорогой брат! – отвечал старец, — я перенес женщину через реку и давно забыл о ней. А ты несешь ее уже много верст!


Точно также нести на себе соблазн и погибель предлагают борющимся с собственной зависимостью те, кто пытается привлечь их к спасению собратьев по несчастью. Вольно или невольно, авторы подобных программ действуют в рамках той же откровенно спекулятивной идеи, что и всевозможные кодировщики: лечить зависимость при помощи самой зависимости.

Итак, никакой филантропии, а тем более мессианства на третьем этапе (как, впрочем, и на всех остальных) борьбы личности с зависимостью быть не должно! В этот период реабилитируемому как никогда важно помнить: единственная жизнь, которую он может спасти, – это его собственная жизнь.

Наконец, после многих испытаний, срывов и других перипетий на тернистом пути к свободе, мы выходим на финишную прямую. Здесь важно перво-наперво не расслабляться и не терять бдительность. Многие великие спортсмены проигрывали важнейшие состязания в своей жизни в тот самый момент, когда перед глазами начинала маячить заветная ленточка. Необходимо не давать себе передышки. Продолжать максимально загружать себя работой, избегать праздности и уныния. По-прежнему нужно посещать врача-психотерапевта и групповые занятия.

Интенсивность таких посещений на данном этапе, длящемся примерно полгода, определяется индивидуально в зависимости от состояния реабилитируемого. Возможны перерывы, скажем, для поездки на отдых.

Целью психотерапии в значительной мере становится проработка отношений с родителями. Те негативные события далекого детства, которые привели к зависимости или, говоря языком специалистов, психотравмирующие, то есть травмирующие душу ситуации, должны быть, как бы прожиты заново, но уже по-иному, без разрушительного воздействия на психику. Очень часто такие ситуации продолжают отравлять жизнь уже, вроде бы, стершись из памяти человека. Но всякий раз, когда происходит нечто воспринимаемое на бессознательном уровне как то самое далекое детское переживание – запускается сформированный в прошлом патологический механизм. Это можно сравнить с гнойником внутри уже затянувшейся раны. Нет ни кровотечения, ни видимых повреждений, а, тем не менее, сохраняется высокая температура, боли и общее состояние больного не улучшается. Для выздоровления необходимо такой гнойник найти, вскрыть и очистить. То же самое относится и к гнойникам в глубине нашей души. Шаг за шагом, от события к событию человек движется в ходе психотерапевтического процесса как бы по спирали времени к тому самому моменту своей жизни, в которой произошла первичная травма. Оказавшись в такой точке, являющейся своего рода эпицентром личностной проблемы, он получает возможность принять для себя иное, отличное от детского решения и выработать новый, более адекватный способ поведения.

Другим важным аспектом психотерапевтической работы в указанный период является примирение с интроектом. Так психологи называют запечатлевшиеся в душе маленького ребенка образы родителей и других значимых лиц (например, бабушек, дедушек, братьев или сестер). Как правило, у страдающих зависимостью людей «они могут, даже вопреки воли данного индивида, стать ведущим образом и бессознательно определять его поступки». (41) В сущности, это ни что иное, как механизм зависимости. Выше уже было показано, каким образом, бунтуя против родительского диктата, подросток незаметно для себя с неизбежностью попадает в иную форму зависимости – будь то наркотики, алкоголь, тоталитарная секта или молодежная преступная группировка. Примириться с интроектом – значит разрушить этот патологический механизм. Сделать это непросто, так как подобно игле, на конце которой хранится жизнь Кощея Бессмертного, деструктивный образ прячется под многими покровами. Это очень напоминает своеобразную матрешку. Обычно на поверхности лежит равнодушие. Под ним скрывается обида, либо страх. Дальше идет агрессия. За агрессией вина и, наконец, боль. Только приняв и признав эти чувства своими и отреагировав их, выпустив наружу, – то есть, сделав то, что ему запрещалось делать в детстве, человек преодолевает сформировавшуюся тогда раздвоенность личности и может примириться с образом близких внутри себя. Таким путем завершается процесс сепарации – психологического отделения от родителей. Личность становится независимой! После этого в межличностных отношениях становится возможным переход от патологических суррогатов любви к любви истинной, позволяющий любить ближнего таким, каков он есть, а не таким, каким мы хотим его видеть!

Однако, любая бочка меда бывает не полной без хотя бы небольшой ложки дегтя. Даже если все этапы большого пути благополучно пройдены и страдавший зависимостью человек стал действительно свободным, это ни в коем случае не означает, что в отношениях с окружающими он превратится в бескрылого ангела, в душе воцарится вечный мир и покой, а все неприятности будут обходить его дом стороной. Конечно же, нет. Но, быть может, нормальная жизнь и не мыслима без ложек дегтя?


Рассказывают, что давным-давно жил на свете великий мудрец. И в один прекрасный день явился к нему его сын, которого мудрец видел в последний раз еще несмышленым ребенком. За прошедшие годы мальчик вырос и пришел к отцу научиться его мудрости. Но вместо этого тот дал сыну метлу и велел пойти подмести сад. Молодой человек возмутился в душе, так как рассчитывал на совершенно иной прием после стольких лет разлуки с отцом, но подчинился. Окончив работу, он позвал отца. Тот вошел в сад, взял охапку опавших листьев и высыпал их на только что подметенную дорожку.

— Зачем же тогда ты заставил меня их мести?! – возмутился сын.

— Запомни сынок, — отвечал мудрец, — в хорошо подметенном саду всегда должно валяться немного листьев…


ПРИМЕЧАНИЯ

  1. «Актуальные проблемы медико-социальной реабилитации больных алкоголизмом и наркоманией». М., 1994, стр. 82.

  2. Там же, стр. 66 – 67.

  3. Там же, стр. 78.

  4. «Российская Газета», 30.10.98.

  5. «Профилактика злоупотребления психоактивными веществами и борьба с ним»., Женева, 1993, стр. 22.

  6. Иоанн Златоуст, «Творения», т.1, кн. 1, М., 1991, стр. 82.

  7. Г. Лейтц, «Психодрама: теория и практика»., М., 1994, стр. 250.

  8. Пирогов Н.И., «Сочинения», т.2, Спб. 1887, стр. 72.

  9. Э. Эриксон, «Идентичность: юность и кризис»., М., 1996, стр. 140.

  10. Быт., 3:7.

  11. Бирнштейн А. «К психологии курения», М., 1914, стр. 5.

  12. Мф., 12:26.

  13. Соколов В., «Пьянство и его лечение», М., 1909, стр. 38.

  14. Митрополит Антоний Сурожский, «Размышления о призвании», «Иностранная литература», 10. 1991, стр. 210.

  15. «Психологические исследования и психотерапия в наркологии», стр. 18.

  16. «Психологический словарь», М., 1991, стр. 352.

  17. Там же

  18. Мф., 7:13; 7:14.

  19. Исаак Сирин, «О Божественных тайнах и духовной жизни», М. 1998, стр. 192.

  20. Там же.

  21. Пирогов Н.И., «Сочинения», т.2, Спб. 1887, стр. 77.

  22. Там же, стр. 78.

  23. Там же, стр. 79.

  24. Иоанн, 9:23.

  25. Иеромонах Серафим (Роуз), «Святое Православие ХХ век»., М.1992, стр. 38 – 39.

  26. Трубецкой Е.Н., «Избранное», М.1997, стр. 109.

  27. Лк., 11:9.

  28. Солоневич И. «Этюды оптимизма» в кн. «Белая Империя», М., 1997, стр. 270.

  29. Там же, стр. 271.

  30. «Профилактика злоупотребления психоактивными веществами и борьба с ним»., Женева, 1993, стр. 36.

  31. Там же, стр. 31.

  32. «Актуальные проблемы медико-социальной реабилитации больных алкоголизмом и наркоманией», М.1994, стр. 56.

  33. Игумен Герман (Чесноков) «Проповедь перед чином изгнания злых духов из человека», М. 1998, стр. 35.

  34. «Комсомольская Правда», 23.11.98.

  35. «Независимая Газета», 20.11.98.

  36. Там же.

  37. Клайв С. Льюис, «Хроники Нарнии», М.1992, т.2, стр. 354.

  38. Г. Лейтц, «Психодрама: теория и практика», М. 1994, стр. 41.

  39. Там же.

  40. Там же.

  41. Там же, стр. 232.



ПРИЛОЖЕНИЕ 1

Признаки героиновой интоксикации и передозировки


При внутривенном введении практически сразу наступает состояние эйфории, которая описывается больными как чувство близкое к оргазму (кайф). Оно продолжается от 10 до 30 минут. Затем следует седативный эффект, который страдающие зависимостью называют «уход в дремоту». Под этим понимается аналгезия (без­различие к боли), дремотное состояние и изменение настроения. Надо иметь в виду, что первый прием опиоидов вызывает у многих людей, особенно подростков, не эйфорию, а дисфорию (противо­положное состояние), а также тошноту и рвоту.

В качестве внешних признаков героиновой интоксикации выделяют:

— сужение зрачка до размеров булавочной головки (при сильной передозировке наблюдается расширение зрачка), покраснение и зуд лица, особенно носа и наличие не менее одного из следующих признаков:

1. Дремотное состояние;

2. Невнятная речь;

3. Нарушение внимания или памяти;

— изменения поведения, носящие дезадаптивный характер (например, вначале возникает эйфория, которая затем сменяется дисфорией, психомоторной ретардацией, нарушением критики, социальной и профессиональной деятельности).

К другим проявлениям относятся чувство тепла, тяжести в конечностях и сухости во рту. Особо надо отметить, что говорить о героиновой интоксикации можно только в тех случаях, когда установлено отсутствие связи перечисленных симптомов с каким-либо соматическим или психическим расстройством.

Передозирование любого опиоида представляет собой опасность для жизни и проявляется в виде выраженной ареактивности, комы, замедления дыхания, гипотермии, гипотензии, шока. Смерть обычно наступает вследствие остановки дыхания.

(По книге Г.И. Каплан и Б.Дж. Сэдока

«Клиническая психиатрия». М.1998, т.1).


ПРИЛОЖЕНИЕ 2

Симптомы и признаки героиновой абстиненции


Морфиновый и героиновый абстинентный синдром начинается через 6-8 часов после приема последней дозы. Он формируется очень быстро – за 1-2 недели постоянного приема. Максимальной интенсивности абстинентный синдром (синдром отмены) достигает на 2-3 день после прекращения приема наркотика и продолжается следующие 7-10 дней. Однако некоторые симптомы могут оставаться на 6 месяцев и дольше. Симптомы абстиненции делятся на две группы – поведенческие (тревожность, страстное желание получить наркотики, бессоница, анорексия, ажитация, иногда применение насилия) и соматические (потливость, лихорадка, насморк, мидриаз, пилоэрекция, тошнота и рвота, сердечно-сосудистая неустойчивость). Ниже приводятся диагностические признаки опиоидного абстинентного синдрома:

1. страстное желание принять опиум;

2. тошнота или рвота;

3. боли в мышцах;

4. слезотечение или насморк;

5. расширение зрачка, пилоэрекция или потливость;

6. диарея;

7. зевота;

8. лихорадка;

9. бессоница.

Говорить о наличии абстинентного синдрома можно при наличии не менее трех из перечисленных признаков и отсутствии связи с каким-либо соматическим или другим психическим расстройством.


(По книге Г.И. Каплан и Б.Дж. Сэдока

«Клиническая психиатрия». М.1998, т.1).


ПРИЛОЖЕНИЕ 3

К вопросу о духовно-ориентированном подходе

к лечению зависимостей


В последнее время много говорят и пишут об использовании святоотеческого наследия и духовного опыта Православной Церкви в процессе врачевания душевных недугов и, в частности, наркомании и алкоголизма. Практическая деятельность таких служителей Русской Православной Церкви, как иеромонах Анатолий (Берестов), протоиерей Алексей Бабурин и некоторых других, свидетельствует, что зачастую такой подход дает прекрасные результаты. Вместе с тем, в литературе встречается немало спекуляций на данную тему. Находятся авторы, вообще отрицающие психотерапию и огульно приравнивающие психологию и психиатрию к оккультизму и сатанизму. С другой стороны, многие оккультисты, колдуны и шарлатаны объявляют себя «православными целителями», кощунственно используют в своих обрядах иконы, заявляют, что имеют благословление на свою деятельность и т.п.

В этой связи, хочется предложить вниманию читателя доклад по данной проблеме, прочитанный автором на Международной конференции по актуальным вопросам психотерапии, проходившей в Москве в 1999 г. Он, разумеется, не содержит исчерпывающих ответов на все, что касается такой большой и деликатной темы как взаимодействие духовности и психотерапии в процессе исцеления души. Однако, некоторое впечатление о том, как представляет себе автор духовные аспекты психотерапевтического процесса, интересующийся данной проблемой читатель, безусловно, получит.


0937882003814915.html
0937978441867526.html
0938049374954699.html
0938291313355531.html
0938586346978430.html